Ю.Г. Ярошенко – учителю и другу


Когда мы в школе проходили
Литературные вершки,
То часто наизусть учили,
Что корифеи говорили,
Отрывки прозы и стишки.

И с той поры мы твёрдо знаем
Тот факт, что русский наш язык
Могуч, к тому ж, неисчерпаем,
Красив, божественно велик.

Но нынче тяжкие сомненья
Я в смысле фраз тех заимел:
У Ярошенко день рожденья –
"Отпад" всемирного значенья –
Семидесятый подоспел.

И всем понятно – в этом плане
Нужны особые слова…
Но, как без кадра на экране,
Пуста поэта голова.

Ну, все слова, что "лезут" в строчки,
Или не к месту, иль не те.
То мутные до "заморочки",
То примитивные, как почки
Кустов в весенней наготе.

Нет слов достойных юбиляра,
Хоть словари "перелопать".
Но водку пить негоже даром –
Как можем, будем лопотать.

Что мне сказать о "папе Юре"?
Я не инспектор из ОК.
Какой он там в номенклатуре,
В Большом Совете – мне "в натуре"

Не так уж важно. Но пока
Нам тут приказы излагали
Я вдруг "дотумкал": вот те на!
Уж столько лет мы "пропахали"!
Где те былые времена?

Где тот доцент, как ворон чёрный,
Лет, этак, тридцати пяти?
В сраженьях шахматных упорный,
При случае – шутник задорный,
Коварный, как тут ни крути.

Я был дипломничек наивный,
Когда он так вот пошутил –
Видать, мой голос заунывный
Уж чересчур ему претил.
Конечно, у меня формально

Китаев шефом был тогда,
Но заболел, и я буквально
Подброшен, скажем фигурально,
Тем кукушонком из гнезда
Был Ярошенко к общей куче.

И, дабы я не приставал,
Он мне препринт доклада "всучил",
Чтоб я в диплом "нарисовал".
Доклад был очень интересный!

А уж оформлен – высший класс.
Но был один штришок прелестный –
Язык мне вовсе неизвестный –
Я не Патрисия Каас.

У нас найти на факультете француза –
Всё равно, что клад.
Как дольку спелого арбуза
Зимой, или в Сахаре град.

На весь УПИ их, может, пара...
Но мною рок руководил,
Сообщив в тем. плане (в виде дара),
Что Ярошенко наш Мишара
С французского переводил.

Нет слов, чтоб описать, как смело
К нему я после приставал,
И как он мастерски, умело
От перевода ускользал.

И лишь в аспирантуре позже
Узнал я, был тем удивлён,
Что "папа Юра", в общем, тоже
На галла мало был похожий –
Скорее, гот или тевтон.

Какой тут образец урока
И чёткий с воспитаньем стык:
Коль в специальности ты дока –
Так что тебе чужой язык!

Жизнь переполнена делами –
Их невозможно перечесть.
Но вот один фрагмент: нам с вами
Известно, чт? под небесами
Для юбиляра слово "честь".

Не слово, а мировоззренье,
Стиль жизни, Ариадны нить,
Тревога каждое мгновенье –
Честь кафедры не уронить.

"Всегда во всём стремиться нужно
Быть первыми, быть лучше всех.
Встречать задачи всеоружно,
И всею кафедрою дружно
И смело развивать успех."

Такой вот Ярошенко тезис
Был постепенно нам внушён…
Жаль, этих принципов генезис
Не мог предвидеть даже он.

По мне, Гаврилыч наш порою
Честь специфично трактовал.
И за какою-то чертою
В вопросе этом я (не скрою)
Его совсем не понимал.

Ну, скажем, как связать, кто знает,
Честь коллектива и вопрос:
По сколько соток убирает
Моркови кафедра "на н?с"?

Но слов не выкинуть из песни –
У шефа убежденья дар:
Чтоб норму выполнить (хоть тресни),
На поле, как на Красной Пресне,

Порою и при свете фар
Мы "упирались" до победы.
Нас шефа вдохновлял пример,
И в поле вкусные обеды,
И комплекс вам известных "мер".

Ещё фрагмент один – мобильность.
Кто на подъём столь лёгок, скор?
Ну, а его результативность,
На конференциях активность,
Конгрессах – я давно в укор

Поставил всем нам. Доходили
Тут слухи: мол, не посылал
Наш шеф докладов только в Чили,
Перу, Бразилию, Непал.

Ну, это зависть... Понимаем,
Что эта сплетня нагло врёт.
Но если точно подсчитаем
Места, где шеф наш узнаваем,
То, право, оторопь берёт.

Где наш Гаврилыч только не был!
Пожалуй, разве что в Туве.
И Магадан его не встретил,
И, вроде, не был он в Хиве.

Зато Европу всю объехал.
"Смотался" также в Израuль.
Но почему-то не заехал
В страну одну (хотя б для смеха)
К учёному, чей правил стиль.

Но время есть ещё.
Исправит Он сей досадный свой каприз –
Даст Бог, стопы его направит
В Мадрид и, далее, в Париж.

Пора, как будто, закругляться…
Бездонен памяти поток.
Он может долго исторгаться…
Но не могу всё ж удержаться,

Чтоб "эмигрантский" коньячок
Не вспомнить. И какой прекрасный
Шеф семьянин, а также дед.
Так что здесь есть критерий ясный

И однозначный – славный след
Оставил в сонме поколений
Наш Ярошенко. Пусть же Бог
Ему без лишних размышлений
Вознаградит такой итог.

Дай, Боже, юбиляру счастья,
Здоровья, долгих-долгих лет.
И прояви своё участье
К достатку в доме. Видел Свет

Таких как он людей немного.
Так что подольше сохрани
Его для нас, не будь с ним строгим,
За прегрешенья не брани.

Так будьте ж, дорогой наш, мудрый,
Активный, дружелюбен, прост…
За жизнь, как подвиг многотрудный,
Я свой и поднимаю тост.

© В.С.Швыдкий